обновления
Поэзия • 12 октября 2017
Внутренние новеллы • 11 октября 2017
Поэзия • 10 сентября 2017
Книги • 03 сентября 2017
Проза • 12 августа 2017
Зацепило?
Поделись!

Добрые сказки дядюшки Милануса

Дядюшка Миланус, как можно легко догадаться, был итальянцем. Но американцы ирландского происхождения упорно считали его негром, что объясняется общеизвестным невежеством ирландцев. Так, почти все обитатели Республики Эйре искренне верили, что между их позеленевшим островом и Америкой протекает пролив Ла-Манш, и течёт он не в ту сторону, из-за чего и впадает в Английский канал. Оправданием длительного существования подобных предрассудков жителей республики можно считать только то, что это государство ещё не существовало во времена, о которых идёт речь.

А дядюшка Миланус существовал, хотя его представления о географии были не лучше ирландских. И об истории тоже. Зато был он хорошим рассказчиком.

В конце концов он всё-таки признал себя чернокожим, но добился в суде штата Чукотка официального предоставления ему статуса афроитальянца.

После этого дядюшка полюбил собирать вокруг себя с десяток маленьких негритят (предпочтительно агатового оттенка) и рассказывать им на ночь сказки, поучительные и очень добрые.

Монологи дядюшкины записал его бывший соотечественник Марко Поло и издал их в Китае за свой счёт, но на нганасанском языке. Перевод на русский - весьма приблизительный, кстати, - был опубликован в Монголии в Первой образцовой типографии имени Чингисхана.

Итак, сказки.

Сказка о квебекском правосудии

- В Квебеке, как известно, две королевы: одна английская, а другая, напротив, французская. Напротив - потому что в зале федерального суда они всегда усаживались одна напротив другой. Французская королева (её звали Мари) глядела на английскую насупившись. Та же (опять напротив) улыбалась. Лояльные подданные называли её Мэри, а злопыхатели и недоброжелатели именовали втихаря Машкой.

Да, в Квебеке были и два короля, но они в суд не ходили, так что не о них речь.

Так вот, однажды в суд была доставлена известная в столице этой страны, Монблане, куртизанка. Куртизанка эта заманивала доверчивых молодых людей в свой дом на берегу одного из Великих озёр и отрезала юношам языки, которые затем тщательно высушивала и носила вместо ожерелья.

Так что вы, маленькие мои друзья, остерегайтесь куртизанок, и в Монблане, и в Монтенегро. Хотя вы и негритята, вам и там может ох как не поздоровиться.

И вот эта куртизанка (звали её Кристиной, потому что она была, во-первых, шведкой, во-вторых христианкой, а в-третьих, любила читать романы Агаты Кристи, тогда ещё не написанные) всем надоела. И квебекцы потребовали её арестовать. Что и было сделано.

И вот привели её в суд - и давай судить.

Только судья первый вопрос задал: "А почему именно языки, а не…", - договорить даже не успел - а две королевы уже заспорили: по каким же законам дело разбирать? По английским или по французским? Судья попытался было в простоте своей предложить использовать составленный на Корсике Гражданский кодекс Квебека, но ничего из этого не вышло. Мари на судью зашикала, а Мэри (хоть и была улыбчивой, я уже говорил) зазыркала.

Да, забыл сказать, что Мэри почти все подданные и даже оба короля считали дурой. И были правы. Но она обижалась и напоминала, что происходит по прямой линии от Марии Стюарт. Мэрин муж пытался успокоить свою супругу, публично заявляя, что жена его никакая не Стюарт, а просто бывшая стюардесса, да ещё и блядь. Мэри не успокаивалась (и впрямь ведь дурой была), а Мари не верила. Поумнее оказалась и вычитала где-то, стерва, что самолётов ещё не изобрели, а значит, и стюардесс не бывает.

Что такое блядь? А это вам ещё рано знать. Это не для детских ушей. Я лучше о Мэрином муже.

Интересно, что он по совместительству был мэром всех квебекских городов. Так было удобнее для укрепления диагонали власти - ведь квебекцы, не в обиду им будь сказано, почти все редкостные идиоты. Поэтому этим канальям было проще запомнить, что мэр - это Мэрин муж.

Кто такие канальи? А так любовно называли квебекцев соседи - из-за того, что путали с ними самих себя, а они, сами-то, канадцами зовутся.

Тоже идиоты? А вы как думали - ведь половина из них родом с Канарских островов, сами понимаете…

Что такое диагональ? А это ткань такая, из неё как раз у судьи штаны были сшиты.

Никак не даёте мне, рожи чёрные, про суд этот рассказать.

Привели туда, значит, Кристину. Королевы, если помните, о законах заспорили, но Мари, знамо дело, понастырнее была и переспорила. Переспорила - и кричит: "На гильотину блядь эту!" Тьфу, опять непонятными словами рассказываю, но ничего, выпутаюсь.

Так вот судья тот самый, в диагоналевых-то штанах, возмутился: "Позвольте, я приговора ещё не вынес, Ваше Величество. А у меня ведь прерогатива есть". А королева французская ему в ответ: "Я тебя щас по рогам этой прерогативой".

Что такое прерогатива? А я и сам не знаю. Слово запомнил - а слова из сказки не выкинешь.

Ну, дальше такое началось... Судья как вскочит, весь красный, парик белый, - и орёт: "Это на что Вы намекаете? На супругу мою?"

Да, только сейчас подумал: может быть, Прерогативой жену судейскую звали? У них же как, у крючкотворов этих? Всякие странности бывают.

Короче, судья кричать продолжает. "Ты, - кричит, - хоть и королева, а сама блядь".

Ну, прилипло слово… Ладно уж.

Крику в том суде было… Решили вскоре, что, так уж и быть, гильотинируют эту самую Кристину безо всяких судьёвых прерогатив.

Теперь мне самое время пояснить, что за гильотина такая. Это два столба, а между ними нож острый. Если кого по суду убить хотят, то голову его между досками зажимают, а сверху нож вжик - и всё.

Блядей, спрашиваешь, так казнят? Молодец, что слово запомнил. Да кого угодно могут. Долго ли - дурное дело нехитрое.

Гильотину эту позже придумали, но в Квебеке уже и тогда применяли.

Слушайте дальше. Это-то вроде решили, про гильотину, но тут Мэри встряла. "А посмотрите, - говорит, - какие волосы у девки хорошие. Что им пропадать, что ли, из-за ваших французских глупостей. Сначала волосы отрезать, а уж потом… А волосы я на парик своей матери возьму. А то позор один, какая лысая".

Судья по новой заспорил. В том смысле, что не положено по закону. А положено постричь покороче перед казнью. Тут на него уже весь зал зашикал. И действительно, какие уж тут законы - Квебек, чай, сам понимать должен.

Но на этот раз судья выход придумал и на нём настоял. Решили так: волосы остричь и вместе с головой отрубленной передать в Музей квебекского правосудия - в назидание потомству.

И никаких париков!

Сказка про арабов и белых медведей

- Арабы, чтоб вы знали, живут повсюду. А больше всего их в Арабии. Это страна такая южная. И вот в столице арабской решили как-то собраться всякие короли и султаны. Султаны - это вроде нашего президента, но иногда поумнее и обычно коварнее.

Президент кто такой? А это тот, чью морду на деньгах рисуют - чтобы сразу стало понятно, кто почём.

А столица, кажется, Стамбул называется. Точно не помню. Может быть, Джамбул.

Съехались, однако. Нужно было границу между Арабией и Австралией обсудить. Арабия, это я уже говорил, страна южная. А Австралия - ещё южнее. Понятно, что без границы тут не обойтись. Так что было о чём поговорить.

Ошибка, однако, обидная вышла. Один великий визирь - это что-то вроде индейского вождя, но не самого главного, - всё перепутал и из другой какой-то страны тамошнего короля пригласил. Просто названия похожие, а визирь дурак был. Приехал какой-то король, Франц-Иосиф. Все в растерянности. Кто такой? Кто позвал?

Ну, кто позвал, сразу узнали. Визирь приглуповатый позвал. Ему ясное дело, голову отрубили.

Да нет, не гильотиной, это в Квебеке так рубят, всё перепутали. Рассказываешь вам, рассказываешь, а у вас в головах путаница сплошная. Да продолжу, кто иначе вас учить будет. В школу ведь не ходите, ленивые все.

В Арабии, в этом, как его, Стамбуле, просто топором головы срубают. И много рубят. Тут они все горазды, но чаще всего султаны поплоше таким делом увлекаются.

А с Францем-Иосифом сложнее получилось. Сам он по-арабски ни бельмеса сказать не может, лопочет что-то, но ясно, что король, а не прохиндей приблудный. Зачем приехал - сам не понимает. Но в Арабии порядки строгие, всякая шваль там почём зря не болтается. Даже по улицам все строем ходят - на базар строем, с базара тоже.

А базаров там - пруд пруди. Всё продают. Даже акульи зубы. Да-да, вот такие, из каких твой амулет, нечисть черномазая.

Так что нельзя по Арабии чужеземной какой-то морде, пускай и королевской, неузнанной шастать. Надо, понятно, выяснить, кто таков. А как ты выяснишь, если человек на внятном языке не болтает?

Но арабы - курвы ушлые да дошлые.

Кто такие курвы? А это народ там такой соседний есть, тоже почти арабы, но дикие совсем. У них страна такая - Курвистан. Страна есть, а султаном своим не обзавелись. Поэтому арабы их игнорируют, инкриминируют и манкируют.

Что такое манкируют? А ты что, про другие слова всё поняла? А чего про это спрашиваешь? Ладно, объясню.

Была на утиной охоте когда? Была, значит. Издали видела? Тогда, может, и не углядела, как на озеро утку такую невсамделишнюю пускают, чтобы дур водоплавающих обмануть. Она-то манком и называется. Птицы бестолковые видят, как что-то утиное спокойно плавает, и со всей дурью слетаются. Тут-то по ним и бабахают. Это и называется манкировать.

Вот так и арабы с курвами обходятся. Переоденут какого араба поплоше в курву - и сажают его где-нибудь на границе. А настоящие курвы видят этого манка - и сбегаются: думают, чем хорошим поживиться можно. Тут-то арабские воины-волонтёры из засады выскакивают - и вперёд, курв за бороды таскать. Бороды выдирают, а сами ржут, радуются. Бородами этими потом подушки набивают и задорого продают.

Что такое волонтёры? А видели, как в праздник нашей независимости от ирландской королевы по улицам мужики в юбках с большими дуделками ходят? Срам один. А дуделки волынками кличутся. Отсюда и волонтёры.

И у арабов так же. Волынки у них, правда, поменьше, но гудят громче. Так вот, как волонтёры курвских бород понарвут вдосталь, они на радостях в гуделки свои дуют. А того араба замызганного, который манком был, для острастки на кол сажают. Не дай Бог!

Вот что значит манкировать. И вообще, вопросами вашими рассказывать мешаете.

Ладно, не сержусь. Помните про Франца-Иосифа? Ну так придумали арабы стамбульские, как всю правду про него понять. Был у одного султана звездочёт мудрый, вроде колдуна.

Да нет, не такой колдун, как твой дед, который как напьётся - в барабан свой колотить принимается, духов ваших черномазых кличет. Арабский колдун обычно на цепи сидел. Деда твоего тоже бы на цепь посадить, чтобы людям спать не мешал.

А арабского колдуна-звездочёта султан в случае чего велел с цепи спускать. Да не дом охранять, дуралей, там и охранять не от кого. Помните, говорил, что все строем ходят?

Колдуну книги его тайные в руки давали. А книги те - из будущего присланные. И кроме этого мудреца цепного их никто понять не мог.

Кем присланные? А сама подумай, кем. Вот-вот, так что к ночи вопросов таких не спрашивай.

Тут, с этим Иосифом, как раз такой случай вышел, и султан рассудил, что надо мудрецу в книги поглазеть: вдруг там что написано про короля чужеземного. Но на этот раз для пущей секретности с цепи спускать не велел, а только распорядился получше колдуна накормить, чтобы, подлец, с голодухи озлобившись, какой напраслины на короля заезжего не навёл.

Почему с голодухи? А не кормили колдуна обычно. А зачем его кормить зря? Вот и деда твоего, барабанщика, тоже бы без жратвы на недельку оставить, - вдруг образумится.

Ну, колдун поел досыта и принялся книги читать. И вычитал. Есть, говорит на севере земля такая, Земля Франца-Иосифа зовётся. До того там холодно, что даже медведи от мороза побелели. И правит той землёй могущественный Иосиф, из стали сделанный. Сталь у него особая, от жары плавится. Поэтому он даже летом из погреба не вылазит, а только указы шлёт, и всё страшные такие. Всю челядь свою на съедение медведям отдать велел.

Ну ясно, что белым. Говорил же - выцвели там все зверюги. Нету там других.

Колдун сказал, что Франц-Иосиф, должно быть, сын того стального султана. Любимый сын, раз в его честь всю землю наименовали.

Султан выслушал всё это и побежал с другими султанами перетереть. Да не так перетереть, как твоя бабка свой маис трёт, старуха она уж больно бестолковая. Перетереть - посоветоваться, значит. Это слово арабское.

Собрались султаны, стали обсуждать. Делать им все равно нечего; раз австралийских послов нет, так и пообсуждать можно. Не всё же по сералям ходить. Да не серить ходить, а по сералям. Это дома такие специальные, где баб дурных держат, чтоб зря под ногами не болтались. И правильно делают.

Ну, пообсуждали султаны, поговорили - и решили Франца этого Иосифа от греха подальше отослать. Всё вроде ясно. Но один султан, Ибн Какой-то-там, не согласен был. А если, говорит, Франц этот вернётся и нам в отместку пакостить начнёт? Не лучше ли его казнить по-простому?

Самый главный султан взбеленился и как заорёт: "Ты что, не понял, что король этот из страны белых медведей? А если он в такого зверя страшного обращаться умеет? Ты его на казнь - а он палача возьми да и съешь? Мне мои палачи дороги. Раз такой шибко умный - хочешь сам его казнить?"

Ибн Какой-то-там испугался и залепетал что-то. Но его уже никто не слушал.

Франца-Иосифа посадили на верблюда, для верности привязали к седлу и отправили на север. А чтобы не сбежал - тысячу воинов в сопровождение дали.

А шибко умного султана Ибн Какого-то-там, знамо дело, казнили.

Сказка о кошачьей республике

- Есть за океаном остров Мэн. Люди там не живут, всем кошки заправляют. Огромные такие, с тигра размерами. И есть там кошачья королева - республика республикой, но без королевы всё равно не обойтись. Не президенту же, в самом деле, страной управлять.

Кошка та самая маленькая, чёрная и очень ленивая. За размеры малые её и королевой избрали - меньше вреда будет. Почему избрали, раз королева? Так республика же, дурень.

Коты да кошки на острове почти все чёрные - чернее вас. Белых там не любят, им только по помойкам шастать позволено, падаль всякую жрать. А остальные едят мышей - причём только белых. Но белых мышей на острове уже не осталось, поэтому их издалека вороны в клювах приносят, из полярных стран.

Нелёгкое это дело - по холоду летать. Мышь-то в полярной стране словить - дело плёвое. Мышей там развелось - не сосчитать. Да и считать их некому - не умеет никто, все неучи, вроде как вы. Белые медведи - да-да, те самые, которых, как помните, арабы испугались, - мышей не едят. Раньше совы полярные на мышей охотились, но постепенно все ослепли да вымерли. Так что мышей наловить даже самая глупая ворона может, а вот летать - холодно.

Мёрзнут вороны - но делать нечего. Королевский такой указ есть - чтоб воронам мышей поставлять. И не жрать их самим, а кошкам чёрным отдавать.

А ворон-ослушниц наказывают по серьёзкам - крылья обгрызают. Много таких по острову ковыляют. Иногда их белые кошки загрызают. С голодухи ещё и не то сделаешь. Это королевскими указами не возбраняется.

Есть, правда, на острове такие, которые, котяры наглые, всё мяукают, чтоб белым кошкам запретить воронью охоту. Собираются у главной помойки - и мяукают, и мяукают об этом. Парламент называется.

Но кто их слушать станет? Парламент парламентом, терпят его, даже в мартовскую сессию самых жирных мышей забесплатно выдают.

Сессия что? А это когда сесть да съесть. Слово такое. Для республик специальное.

Так что едят белые кошки бескрылых ворон по-прежнему. Ведь запрети - совсем оголодают, мереть начнут, а это не дело. Согражданки всё-таки, соотечественницы. Королевское дело - заботиться об их правах. А то мяуканьем своим станут на существующий порядок покушаться. А от ворон недогрызенных всё равно толку мало.

Какой порядок, спрашиваешь? А это когда всех в ряды выстроили и мяукать дают в меру. Ещё это государственный строй называется. А кошек да котов в ряды ох как трудно построить…

Был на острове Мэн такой, расскажу вам, случай. Кошки, озверевшие в конец, в кладовую забрались и уходить не хотели. Даже несколько мышей скушали. Это называется покушением на государственный строй. Насилу с ними полиция справилась.

Я не говорил ещё - на острове полиция есть. В ней собаки служат, морды такие бульдожьи. Тех кошек, что в кладовой сидели и даже недоброе про королеву шипели, кого бульдоги погрызли, кого в белый цвет перекрасили и на дальние помойки отправили.

Так что на острове порядок поддерживается, это вам не хухры-мухры.

Одно только плохо - не знает никто, как быть, когда все мыши будут съедены.


Марко Поло три вечера дядюшку Милануса слушал. Очень ему сказки понравились, особенно про кошек. И негритята тоже по душе пришлись: чёрные, а вдумчивые такие, любознательные, вопросы задают, интересуются.

Но знаменитому путешественнику долго на одном месте оставаться нельзя: работа у него такая - путешествовать. Поэтому Марко отправился дальше, в неизведанные пределы. И оттуда письмо написал другу своему, Христофору Колумбу, о том, какая замечательная страна за океаном есть.

Письмо, к сожалению, не сохранилось.

ноябрь 2005

Комментарии (0)

Чтобы оставлять комментарии
необходимо авторизоваться:

    Чтобы оставлять комментарии необходимо авторизоваться!