обновления
Поэзия • 18 апреля 2017
Поэзия • 06 марта 2017
Внутренние новеллы • 03 марта 2017
Поэзия • 04 февраля 2017
Переводы • 19 января 2017
Зацепило?
Поделись!

Истина и деньги

несколько замечаний по поводу развивающегося конфликта

кадр из фильма "Общество спектакля" (1973, режиссер Ги Дебор)


После событий 11 сентября 2001 года, уже изрядно поднадоевших обывателю, только ленивый не высказался по поводу столкновения цивилизаций, борьбы запада и востока, севера и юга. Действительно, через десять лет после крушения Советского Союза, мы снова оказались на залихватском вираже истории. И никому не известно, какими мы выйдем из закрытого поворота. Однако мнится, что реальное содержание столкновения глубже и шире, чем его обычно описывают. Граница, которая делит современный мир, не может быть проведена по карте. Внутри самого западного общества, - и российского общества в той мере, в какой наша страна принадлежит христианскому Западу, - с конца ХХ века обозначилось жесткое противостояние. С одной стороны, сторонники гуманистических и демократических ценностей, а с ними армия производителей и потребителей всех мастей и калибров, и с другой, - фундаментальные противники этого, - воспользуемся блестящим термином Ги Дебора, - "общества спектакля". Многих, скажем, может удивить, показаться странностью или даже безумием эволюция знаменитого французского "еврокоммуниста" Роже Гароди, прославившегося в свое время в СССР серией неортодоксальных для советского мышления статей по эстетике. Гароди, о котором мы пели даже частушки:

"Городи ты городи, пьяная ты рожа,
что же ты нагородил, мой миленок Роже", -

не только вышел из коммунистической партии, он в конце концов принял ислам и стал одних из самых заметных последователей классика традиционализма Рене Геннона.

Но проблема в том, что с точки зрения европейского нон-конформизма начала ХХI века, подобное развитие совершенно логично. Для борьбы с "симбиозом супермаркета и рекламного агентства" хороша любая идеология. И интеллектуал, естественно, выбирает ту, которая кажется ему в данной ситуации состоятельной, потенциально мощной. Лево-правый интернационал виделся на рубеже 90-х годов локальным проявлением пост советской политической шизофрении, но спустя десятилетие он стал самым влиятельным во всемирном подполье идейным течением. И события на Манхэттене въяве показали, кто представляет основную угрозу современному миру. Террористическим актам, увы, рукоплескали, причем почти во всех странах и люди одних и тех же убеждений. Их эмоции прекрасно выразила семнадцатилетняя студентка из Архангельска Альбина Южная, написавшая в одну из московских газет: "Если уж говорить о невинном американском народе, то он - индейский народ - давно уже в резервациях и на грани полного уничтожения... Хочу призвать всех, кто прочтет эти строки, всех нормальных людей почтить минутой молчания настоящих мужчин, героев-летчиков, направивших свои самолеты в цель, осознанно принеся свои прекрасные жизни на алтарь отмщения за муки и кровь многих народов".

Узнаете лексику? Она бы прекрасно сгодилась для передовиц провинциальных комсомольских газет 20-х годов. В замечательном романе советского писателя Личутина "Фармазон" был персонаж, старый коммунист-энтузиаст, который все время говорил: "Я жизнь на алтарь положил". Однако, на чей алтарь, так и осталось невыясненным.

И действительно, что можно противопоставить деньгам, если власть денег приводит в отчаяние? Только силу всесокрушающей идеи, силу совершенной и неколебимой истины. Политолог Сергей Дунаев написал, что боевики "Аль-Каиды" ведут борьбу за право проснуться в раю. Не менее высокопарно, чем у героя "Фармазона", не так ли? Однако это их способ не быть купленными и проданными.

Мы отлично знаем, куда приводят социальные эксперименты с истиной. Мы это видели почти 80 лет, нам спели, чтобы мы не верили тому, кто знает, как надо, нам доказали, что философия шута во всех случаях предпочтительней доктрины жреца. И мы с этим согласны. Но беда в том, что как только кончается прямой диктат партийной ячейки, начинается рыночная экономика. И, кстати, как насчет мировоззрения торговца?

Взаимоотношения человека с истиной - один из самых старых и самых сложных вопросов в мировой культуре. Из великих религий лишь ислам претендует на то, что сохранил в Коране подлинные слова Бога. Христиане, не попавшие на крючок современной мусульманской патетики, обычно все же делают послабление евангелистам и другим святым: были-де людьми, жили в определенную эпоху и в определенных условиях, могли ошибаться. Однако лидеры современного Запада идут гораздо дальше, они, - вслед за профессором Поппером, - вообще не признают голоса абсолюта в истории. С их точки зрения все суждения относительны, все законы - всего лишь тенденции. Подобная позиция, вскормленная опытом человечества, опытом ошибок и заблуждений, застенков и казней, делала бы всем нам честь, если бы только не ставила на место универсального регулятора финансовую систему.

И все-таки монета как всеобщий регулятор не так уж дурна, как кажется. Однажды Черчилль сказал, что демократия - чудовищная форма правления, но остальные - еще страшнее. Разумеется, мы все бы предпочли абсолютную власть истины, если бы не нашлись тысячи и тысячи ее доморощенных представителей в нашем городе.

Иосифу Бродскому ворюга был милей, чем кровопийца. А вам?

В конце концов покупать или не покупать мебель в магазинах "IKEA" - моя личная прихоть. И я не хочу, чтоб моей соседке бабе Даше было запрещено приобрести финскую стенку под страхом избиения камнями на центральном стадионе города Мытищи.

Здесь, кажется, дело касается личного выбора, и поэтому необходима прямая речь. Да, я убежден, что истина существует и "общество супермаркета" отвратительно. Я даже готов согласиться с Ницше, что "человек - это нечто, что нужно преодолеть". Но я не менее убежден, что тайну бытия невозможно облечь в исчерпывающие слова и тем более в социальные формулы. И в какую сторону нам развивать нашу собственную природу, - решать не инквизиции и не полиции нравов, тем более не министерству правды и не министерству любви. В конце концов, брать ответственность на себя - удел свободных, ждать гарантированных указаний свыше - доля рабов. В данном случае речь идет о свободе и рабстве в самом простом и старом, античном смысле. И поэтому, ни на йоту не веря в исламский след террористических актов в Нью-Йорке, я все-таки скрипя сердцем поддерживая акцию США против "Талибана". В конце концов, если существует неразрешимое противоречие между истиной, красотой и свободой, есть смысл предпочесть свободу, так как одна из задач человека - обосновать и представить в полноте свое собственное существование, зыбкое и ущербное бытие на границе материи и сознания, смерти и бессмертия, утра и ночи. Конечно, существует мир, где: "нет ни эллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос" (Апостол Павел, "К колоссянам", 3, 11), но это горние вершины и, чтобы достичь их, нужно прежде всего хранить верность своей дольней участи.

* * *

...Нынешний конфликт, к сожалению для нас, его современников, отнюдь не представляет собой столкновение цивилизаций. При столкновении цивилизаций легко совершить исторический выбор и найти себе подходящую сторону баррикады. Но противостояние начала ХХI века сводит в смертельной схватке сторонников и противников воплощения в истории абсолютной истины и, таким образом, становится философским диспутом, который с минуты на минуту может быть решен при помощи оружия массового уничтожения.

Комментарии (0)

Чтобы оставлять комментарии
необходимо авторизоваться:

    Чтобы оставлять комментарии необходимо авторизоваться!